: болг. мьх м.р. 'мох Muscus; ворс, ворсинки' (БТР; Дювернуа: 'мох; мшинка'; Геров: мъхь), также диал. мъф, мьх м.р. (Т. Бояджиев. Гюмюрджинско. — БД VI, 59), мах м.р. (М. Младенов БД III, 103), макед. мое м.р. 'мох; пушок; ворс (на ткани)' (И-С), сербохорв. мах м.р. 'мох; плесень; налет на плодах; (собир.) пушок' (РСА XII, 215; RJA VI, 371), mah 'морская водоросль' (Tentor. Leksicka slaganja 78), словен. mah м.р. 'мох; болото; пух у птенцов' (Plet. I, 541), meh м.р. 'мох' (Plet. I, 565), диал. meh м.р. 'осиное гнездо' (Luzar 37), чеш. mech м.р. 'мох' (Jungmann И, 416), диал. chem, род.п. chmu, м.р. 'мох' (Bartos. Slov. 116), слвц. mach м.р. 'мох' (SSJ И, 78; Kalal 319), также диал. (вост.-слвц.) moch (K&lal 340; Matejcik. Novohrad. 119; Matejcik. V^chodonovohrad. 316: также 'гусиный пух4), тох 'мох' (Gregor. Slowak. von Pilisszanto 244), тех (Buffa. Dlhi Luka 176), в.-луж. moch м.р. 'мох' (Pfuhl 377), н.-луж. mech м.р. 'мох Bryophyta Engl.' (Muka SI. 874), ст.-польск. mech 'мох, лишайник, Lichenes et Musci; пух' (SI. stpol. IV, 181; SI. polszcz. XVI w., XIII, 268—269), польск. mech, род. и. mchu (диал. mechu), м.р. 'мох; пух, пушок' (Warsz. II, 913), также диал. mech (Brzez. Zlot. 266; Gornowicz. Dialekt malborski II, 1, 236), тех (Sychta. Slown. kociewskie II, 123), словин. me\ м. p. 'мох; пушок' (Sychta III, 68; Ramult 98), mux (Lorentz. Pomor. 1, 495), me\x м.р. (Lorentz. Slovinz. Wb. I, 624), др.-русск. мьхь, мохь м.р. 'мох' (1128 — Новг. I лет., 124 и др.), 'болото, поросшее мхом' (Гр. Новг. и Псков., 139. 1137 г.) (СлРЯ XI—XVII вв. 9, 280), русск. мох, род.п. мха, м.р. 'растение, произрастающее обычно в сырых местах, на земле, на деревьях, камнях и образующее сплошной стелющийся покров; моховое болото', диал. мох, родль мха/моха, м.р. 'болото (иногда только поросшее мхом)' (олон., КАССР, арх., сев.-двинск., север., сев.-зап., волог., иетерб., твер., новг., пек. и др.), 'тундра1 (арх.), 'растительность на лице' (чкалов.) (Филин 18, 309; Даль3 II, 922: также 'пух, пушок, мягкие и тонкие мохры'; Картотека СТЭ; Симина 76), 'торфяное болото, заросшее мхом' (Ярославский областной словарь 6, 63), то\ 'мох' (Slown. siurowicrc6w 155), ст.-укр. мохъ: великий мохь (1458. Словник староукраитсько! мови XIV—XV ст. 1, 615), укр. мох м.р. 'мох; очески овечьей шерсти' (Гринченко II,- 450; Словн. укр. мови IV, 814), диал. мох м.р. 'болото, заросшее травой и деревьями' (Лисенко. Словник полюьких roBopiB 129), 'пух' (Матер^али до словника буковинських гов1рок 5, 91), блр. мох, род.п. мдху/iMxy, м.р. 'мох' (Блр.-русск.; Носов.: также 'плесень'), также диал. мох (Сцяшков1ч, Грод. 290), 'мох, лишайник; тонкие очески от пряжи иод ткацким станком' (Тура^сю сло^шк 3, 95).

Слав. *тъхъ родственно лит. musaJ мн. 'плесень', особенно близко по вокализму лит. musos то же, др.-в.-нем. mos, mios 'мох', др.-англ. meos то же, др.-исл. mosi, сюда же, далее, лат. muscus 'мох' и арм. mamuf, удвоение *ma-musr. См. Miklosich 206; S. Dugge KZ XXXII, 1893, 17; С.С. Uhlenbeck. Die Behandlung des indg. s im Slavischen. — AfsIPh XVI, 1894, 369; J. Zubaty AfslPh XVI, 1894, 401 (сюда же, с дифтонгической ступенью корня, относит болг. мухъл 'плесень', ср. и др.-в.-нем. mios 'мох'); Н. Pedersen. Das indogermanische s im Slavischen. — IF V, 1895, 34; H. Pedersen KZ XXXIX, 1906, 416; Trautmann BSW 190—191; BrUckner,327; Фасмер И, 665—666; Младенов ЕПР 312; Machek2 358; Fraenkel I, 473; Skok. Etim. rjecn. II, 354; Bezlaj. Etim. slovar sloven, jez. II, 160; Schuster-Sewc. Histor.-etym. Wb. 13, 942; Kluge20 487; Walde—Hofm. II, 134; ЕСУМ 3, 524; A.C. Мельничук "Этимология. 1984" (M., 1986), 140 (спорное возведение к безвокалическому корню *ms-).

Ряд исследователей (из перечисленных) возводит это название мха прямо к и.-е. корню *ти-/*теи- 'нечистый, г рязный', сюда же гнездо слав. *myti (ср. Pokorny I, 741—742), однако при этом непозволительно скрадывается длительная собственная история слов и понятий, берущих начало еще в индоевропейском. Поэтому предпочтителен иной, поэтапный способ реконструкции. Речь идет о безусловно архаических образованиях, ср. указания на наличие здесь первоначального корневого имени на согласный *mus- (см. Trautmann, Machek2, выше). Не менее архаичны и устойчивы здесь также определенные связи между понятиями. Так, отмечаемая связь обозначений моха и болота (на герм, языковом материале, см. Kluge20, там же, выше) позволяет вспомнить о том, что номенклатура болот в немалой степени базируется на цветообозначен и я х (ср. слав. *bolto, лит. pelke 'болото^, конкретно — на обозначениях сероватого, беловатого цвета. Первоначальное — еще и.-е. — название серого, сероватого цвета допустимо предположить и в слав. *тъхъ, и.-е. *mus- 'мох, плесень'. Только так, по-видимому, можно подойти ближе и к разрешению загадки отношений *тъхъ и *ту$ъ (см.) 'мышь', которая, надо сказать, давно занимает науку. При этом вряд ли удачны попытки решения вроде нижеследующей, предложенной Педерсеном (выше): "Если более старым значением этого гнезда является 'плесень', то его можно производить от и.-е. *тт\ похоже, что все похитители съестного были названы 'мышами"'. Необходимо возразить на это, что 'плесень' здесь едва ли родовое значение, каковым было 'мох, мхи', в свою очередь, явно родственное значению 'болото, моховое болото'. Очевидно, возводить все эти значения к первоначальному 'мышь' просто нецелесообразно, как, впрочем, нельзя, кажется, и отвергать родство слов и значений и.-е. *mus- 'мох, болото', *WWJ- 'мышь'. Остается предположить наличие более тонкой связи между ними, некоего понятийного элемента, положенного (очень рано) в основу названий как мхов и болот, так и мыши. Это можно сделать непротиворечиво, предположив исходное для обоих цветообразование и.-е. *mu-s(еще более отдаленной связи последнего с и.-е. *теи-, *тй-, слав. *myti здесь просто не считаем необходимым касаться). Серьезное внимание при этом надлежит обратить на семантическую параллель лит. pelke 'болото' — ре/ё 'мышь', причем 'мышь' значило первоначально 'серая'. Слав. *ту$ь, и.-е. *mus 'мышь' тоже первоначально означало 'серая' (а не 'воровка', как нередко утверждается!) и тоже — по мотивам табу. Равным образом табуистично этимологически тождественное слав. *тъха, *тиха (см.). Чрезвычайно поучительно сходное словообразовательное поведение продолжений и.-е. *mus- 'мох' и *musa 'муха, мошка' в отдельных языках, ср. одинаковое расширение *mus-k- в лат. muscus 'мох' и musca 'муха', а также слав. *тъ$ькъ, ум. от *тъхъ, и *тъ$ъка, *mufoka (см. s. w.). Последнее сходство надо отнести к числу латинско-славянских словообразовательных инновационных изоглосс. Вокализация суффикса -к--+Ш- в слав, вторична.

Мысль о том, что столь разные названия моха, мухи и мыши базируются на одном и том же исходном цветообозначении (в части случаев употребленном табуистично) представляется более здравой, чем выдвигаемая иногда гипотеза о звукоподражательном происхождении, с помощью которой, кажется, труднее осмыслить все относящиеся сюда случаи, в особенности — название мха.