: ст.-польск. oksza ж.р. ‘секира, топор’ (St. stpol. V, 566; St. polszcz. XVI w., XXI, 303), польск. oksza ж.р., ‘секира, топор’ (Warsz. Ill, 758), словин. okša ж.р. ‘топор, секира’ (Sychta III, 316), др.-русск. окыиевь ж.р. ‘топор, секира’ (Флавий. Полон. Иерус. (М.), 183. XVI в. ^ XI в. СлРЯ XI—XVII вв. 12, 340).

Довольно ранний, хотя и ограниченный локально германизм, ср. герм. *akusiö, откуда др.-исл. фх ж.р., др.-сакс, acus, англос. /Ex, др.-в.- нем. acchus, нем. Axt, гот. aqisi - все в знач. ‘топор, секира’. См. специально М. Vasmer. Zu den alten germanischen Lehnwörtern im Slavischen. -ZfslPh XV, 1938, 119-120; Фасмер III, 132. Последний автор почему-то совершенно опускает (ст.-)польск. формы, которые как будто говорят в пользу реконструкции праслав. диал. *okbša> которая, в свою очередь, вполне отвечает герм. *akusiô, делая фасме- ровскую исходную слав, форму *okbsjy излишней. Вышесказанное позволяет взглянуть на др.-русск. формы на -yf-ъуе как на вторичные, что вполне допустимо ввиду известной древней продуктивности этой модели.