: цслав. о^дтни прилаг. arabilis (Mikl. LP), сербохорв. dračí при- лаг. ‘вспахиваемый, обрабатываемый (напр., земля)’ (RJA IX, 154), словен. orâtji прилаг. ‘пахотный’ (Plet. I, 846), ст.-чеш. oraci прилаг. ‘(о земле) обрабатываемый, гл. образом вспахиванием, пахотный’ (StčSl 11,584), то же (Vážný. Středověk, list. 49), чеш. oraci прилаг. ‘пахотный’ (PSJČ III, 1121; Kott II, 397), ст.-слвц. oraci прилаг. ‘служащий для пахоты; (о земле) пахотный; земледельческий’ (Histor. sloven. Ill, 344), слвц. oraci прилаг. ‘служащий для пахоты, пахотный’ (SSJ II, 585), укр. оратий прич. ‘паханный’ (Укр.-рос. словн. III, 145).

Прилаг-ные, производные с суф. -ь/ь от страд, прич. прош. времени с суф. -í- к глаголу *orati I (см.), ср. образования ст.-слав., цслав. pitii Jiôxijioç, nesbtrbpëtii àcpôpr|TOÇ, см. Vaillant. Gramm, comparée IV, 434-437.

Йотация t в некоторых формах объяснялась Миклошичем гетерогенностью соответствующих прилагательных - происхождением суффикса из -r/ь, см.: Miklosich.Vgl. Gr. 2,171-172. Однако сербохорв. формы на -ači являются следствием вторичной йотации, пережитой штокавскими говорами не ранее XVII в., так что генетически это те же прилагательные на -гь/ь, ср. orat je zemlje у Рельковича (1796 г.); тот же процесс вероятен и для зап.-слав. форм, см. Р. БошковиЬ. О придевима типа opaku - Наш je3HK 1,1950, 116-131. Вторичными считает сербохорв. формы на -ači и Вайан, см. Vaillant. Gramm, comparée IV, 435, 437.

По Бошковичу (см. выше), исходной основой является форма дат. ед. на -tei сущ-ного с суф. производного от глагола.