: чеш. диал. cermel м. р. 'марьянник дубравный, иван-да-марья' (Kott I, 172, с пометой: па Slov.), слвц. ёегтеГ м. р. то же (SSJ I, 199).

Это ограниченное по распространению (мор.-слвц.) слово в словаре Махека пропущено. Мы предполагаем здесь древний лексический диалектизм, родственный лит. kirmele 'червь' или заимств. из балт. формы, близкой к последнему. См. еще «Stownik prastowianski» II (1976), 225. Ср. выявленное нами наличие у ряда воет .-чеш. (мор.) лексических регионализмов соответствий только в балт. См. О. Н. Трубачев «Симпозиум по проблемам карпатского языкознания. Тезисы докладов и сообщений» (М,, 1973) 58. Этот аспект чеш. (и зап.-слав.) историч. диалектологии и лингв, географии еще слабо исследован, в чем убеждает знакомство с главными трудами: J. Belie. Nastin ceske dialektologie (Praha, 1972): Rozdfly ve slovniku, 211, и сл.; Я. Белич. Доисторические диалектные различия в области чешского языка. «Русское и славянское языкознание. К 70-летию члена-корреспондента АН СССР Р. И. Аванесова» (М., 1972) 24 и сл., особенно 34—35.

Возможны, как уже сказано выше, два решения: 1. праслав. *съгте1ъ произведено с суфф. -еЛь от названия червя слав. *съгтъ, слабо засвидетельствованного в чистом виде, но представленного в производных, см. *сытъ, *сытъпъ (ономасиол. обоснование мывидим в том, что марьянник дубравный — полупаразитическое растение, отсюда—название по червю); 2. праслав. диал. *сьгте1ь заимств. из балт., ср. лит. kirmele 'червь'; один из признаков балт. происхождения слова — наличие деминутива на -Z- (лит. kirmis : kirmele), не характерного для слав.