: сербохорв. jape6 м. р. 'горная куропатка Perdix saxatilis', словен. jareb, jereb м. р. 'куропатка (самец)'

(Plet. I, 359, 366), чеш. jefdb м. р. 'рябина Sorbus', редк. fefdb то же, польск. jarzap м. р. 'рябина', 'вид тополя', 'рябчик'

(Warsz. II, 137).

Мы говорим о едином праслав. *аг?Ьъ,

хотя оно и объединяет столь разные и самостоятельные лексические значения 'название птицы (рябчик, куропатка)', 'название дерева (рябина и др.)'.

Это разнообразие значений в общем характерно для всего данного семейства слов

(см. *агфъ, *агфъкъ и др.), объединяющегося вокруг обозначений цвета — *агфъ]ъ (см.),

а также *гфъ]ь (см.).

Уже сравнение двух последних слов позволяет расчленить на слав, почве а- префиксальное и корень г$Ъ~,

но вся сложность картины отношений форм становится ясной только после следующих далее сравнений. Что касается а- префиксального, то его констатацию в данном случае

см. Фасмер IV, 563

(автор, впрочем, не исключает здесь также иные, апофонические отношения,

ср. ниже Мейе и Вайян; сомнения по этому поводу

см. Pisani «Paideia» XIII, 1958, 315).

Говоря об отношениях основы *reb-, нельзя не указать на ее родство с синонимичным слав. *r$b-, откуда укр. ргбий 'рябой',

ср. лит. raibas, лтш. raibs 'пестрый, рябой', др.-прусск. roaban*полосатый'

(см. о слав. *reb- и родственных: J. Zubaty AfslPh XVI, 1894, 409—410).

Т. о., можно говорить о назальном и неназальном варианте (*remb-: *го/Ь-) одной древней основы

(ср. Bruckner KZ XLV, 1913, 318).

Сюда же, далее, словен. диал. rebad, rubad, rbad ж. р. 'корь', которое Безлай (ВЯ 1967, № 4, 52) реконструирует как *r$b?db,

ср. русск. рябой,

см. еще Bezlaj. Eseji о sloven, jez. 79. Не исключено, впрочем,

что часть словен. форм продолжает праслав. *гъЬ-, дослав. *rb-, с близким значением 'рябой, пестрый', подобно тому как сербохорв. рбина 'черепок' этимологизируется как *гъЫпа, родственное лтш. rubinat 'делать зарубки, грызть'

(J. Zubaty, там же), а с другой стороны — как родственное праслав. *rgbiti, русск. рубить,

а также праслав. *r$bati, словен. rebati 'грызть', лит. гётЬгИ 'покрываться рубцами, сучками'

(см. о словен. слове F. Bezlaj «Linguistica» VIII/1, 1966—1968, 68).

На этих немногих сравнениях видно без комментариев родство лексики со значениями 'рубить, делать зарубки' и срябой'.

Однако возраст выделения значения 'рябой', основного для названий куропатки, рябчика, рябины и т. п., трудно определить даже приблизительно, здесь целесообразно говорить об отдаленной, дослав, древности.

Ср. ирл. riabach 'пестрый, пятнистый', др.-в.-нем. erpf, название цвета, др.-исл. iarpr то же

(см. Е. Zupitza KZ XXXVI, 1900, 67),

сюда же лтш. irbe, нем. Reb-huhn, шв. rapp-hona 'куропатка'

(ср. J. J. Mikkola RS I, 1908, 18), нем. Eber-esche*рябина'. Отнюдь не обязательно объяснять близость нем. и слав, названия рябины «праевропейским» субстратным происхождением

(см. в этом смысле V. Machek LP И, 1950, 155—156; Machek 176; Holub— Kopecny 152).

Следует возразить против стремления упомянутых чеш. ученых отнести сюда же лат. sorbus срябина', якобы из *s-orbus

(см. лучше о лат. слове Walde2 726).

В остальном близость нем. и слав, названия рябины заслуживает серьезного изучения и не должна игнорироваться. Германисты, не учитывающие слав, материала при этимологизации нем. Eberesche

(см. Kluge 15 155), идут, видимо, по неправильному пути. Вторичное, народноэтимол. преобразование коснулось, вероятно, не только нем. Reb-huhn (в связи с Rebe 'виноградная лоза',

см. Kluge 15 604),

но и Eber-esche (в связи с Eber с кабан, вепрь'?).

Рациональная мысль,

которая может быть использована в этом направлении, заключается в предположении Махека (там же) о метатезе г—b > Ъ—r в герм, слове. Нельзя не сказать здесь о том,

что такие случаи (тоже по народной этимологии?) могут быть отмечены и в слав, языках,

ср. болг. диал. еберица — при обычном болг. яребица, еребица (цит. по Miklosich 275; Berneker I, 274, s. v. ёг$Ъъ, ег$Ьъ,

где говорится о метатезе).

Весьма своеобразны и сложны балт. соответствия,

ср. лит. jerube, irbe, диал. jarube, jerumbd 'рябчик',

которые могут продолжать */'Ь-, *e-fb-7 *e-rrpb-y родственные праслав. *агфъ\ъ и др.

Ср. (с отличиями в трактовке) Trautmann BSW 104—105. Оригинально,

но маловероятно

см. Fraenkel I, 193, который толкует балт. названия с началом jeкак интенсивную редупликацию корня, предоставленного в лтш. rubenis 'тетерев', др.-исл. rjdpa 'снежная куропатка'. Так же толкует Френкель и слав, факты (гаркбь, jarzqb в отношении к г§Ъ-).

См. Е. Fraenkel «Festschrift fur М. Vasmer» 155.

Однако правильнее видеть в слав., балт., герм, фактах преломление на местной почве более древних, и.-е. апофонических отношений. Если рассмотреть и.-е. слова,

которые в литературе обычно объединяются вокруг *ereb(h)-, *8rol(h)-, название цвета

(ср. еще греч. opfvog 'мрачный, темный',

см. Frisk II, 431—432; Pokorny I, 334), то станет ясным одно их существенное отличие от бесспорно родственного им, инфигированного праслав. *аг$Ьъ: на и.-е. уровне мы имеем дело с гласной протезой е/о-, чисто фонетической, видимо, по природе (с ее помощью избегался гв анлауте,

что известно из разных языков и типологически представляется древней чертой), тогда как слав, материал говорит о наличии префикса а-. Славянский, т. о., провел грамматикализацию древнего фонетического элемента, который представлен,

напр., в балт. ja-, je- еще в древнем, дограмматическом качестве.

Трудно разделить точку зрения Мейе и Вайяна,

которые отрывают *(])аг$Ьъ/ъ от *г$Ьъ и относят наше слово (как производное с суфф. -§Ъ-) к основе jar- 'весна', также в названиях молодых, годовалых животных

(см. A. Meillet et A. Vaillant RES XIII, 1933, 101—102; Мейе. Общеслав. язык 295).

Прочая литер.: Н. Petersson. Arische und armenische Studien (Lund—Leipzig, 1920) 9; Bruckner 200; Stawski I, 506-507; A. Carnoy «Studia linguistica» XIII, № 2, 1959, 115.