: болг. яра ж. р. 'воздух', 'зарево', 'марево'(БТР; Геров), диал. йъръ ж. р. 'тепло, жар', 'летняя жара' (П. Петков. Еленски речник. — БД VII, 63), йара ж. р. 'пар, испарения' (М. Младенов. Говорът на Ново село, Видинско 236), макед. диал. japa ж. р. 'жара, зной, духота' (И-С), сербохорв. jara ж. р. 'большая жара' (RJA IV, 463), japa ж. р. 'марево', 'дух' (РСА VIII, 569), jar м. р. 'весна' (RJA, там же), словен. jar, jara, прилаг. 'яровой, весенний' (Plet. I, 358), чеш. jaro ср. р. 'весна', сюда же стар, jdry мн. 'весенний приплод' (Jungmann I, 570), елвц. jaro ср. p. —jar (SSJ I, 633), н.-луж. стар, jaro ср. р. 'весна' (Muka St. I, 532), польск. jar м. р., стар, jaro ср. p. 'весна', 'яровой хлеб' (Warsz. И, 135), др.-русск., русск.-цслав. х&ра 'весна' (Злат. цеп. XIV в., Срезневский III, 1659), русск, диал. яр м. р. 'самый жар, огонь, пыл, разгар', (пек., твер.) 'яровое поле' (Даль3 IV, 1580), укр. йар 'весна' (Шило. Швденно-захщш говори УРСР на твшч вщ Дтстра 245). — Ср. сюда же адъективные производные болг. (Геров) ир-кокошка 'цыпленок', ст.-чеш. jary 'весенний, яровой' (Gebauer I, 602— 603), чеш. диал. jary: jary zito 'яровой хлеб' (Hruska. Slov. chod. 37), польск. диал. jary 'весенний, первой стрижки (о шерсти)' (В. Falinska. Pol. st. tkackie I, 87), словин. jari, прилаг. 'весенний, этого года' (Sychta И, 81), др.-русск. харыи 'весенний, яровой (о хлебных злаках)' (Псков, судн. грам. 12, Срезневский III, 1664), ст.-укр. яръ м. р. 'яровые' (1471 г., Словник ст.-укр. мови XIV—XV ст. 2, 585), ярый 'яровой' (1487 г., там же), укр. ярий 'весенний, яровой', 'молодой' (Гринченко IV, 541).

Продолжение и.-е. */ого- или */ёго-, обозначавшего сезон, часть года, год, весну, в конечном счете — солнечный цикл, ход солнца, откуда — естественное объяснение как производного от и.-е. ei- 'идти'. Родственно авест. уаг- 'год', греч, <Ъра 'пора, время года', гот, jer 'год', др.-в.-нем. iar, нем. Jahr 'год'. Несмотря на раннюю омонимизацию на слав, языковой почве, не родственно *]агъ(]ъ) (см.), вопреки мнению еще Брандта, а затем Славского, Якобсона, Ларина (ссылки см. ниже). При всем внешнем сближении, *]аго\*]ага\*]агъ осталось гл.обр. названием сезона, периода солнечной активности и связанного с этим тепла и роста всего живого, ср. значения производных */ar£, *jarica, *jarina (см.). Напротив, *]'агъ(]ъ) лишено этой семантики внешнего роста, развития, периодичности и является носителем как бы внутренних физических и душевных качеств, их избытка, с заметным оттенком негативности, что по самой своей природе исключено у */аго и его гнезда (солнце, солнечный .культ). В свою очередь, производные от *]агъ(]ъ) и прежде всего — *jariti показывают отличия и специфику, неизвестную для */аго, ср. прежде всего явное родство *jariti и *juriti (см.), которое с */аго не имеет ничего общего.

См.: Miklosich 100; Р. Брандт РФВ XXII, 1889, 132; Berneker I, 446—447; Bruckner 199; Фасмер IV, 559; Slawski I, 505; Machek2 217; R. Jakobson IJSLP I/II, 1959, 278; Б. А. Ларин. Яр — юр — буй. — Б. А. Л-н. История русского языка и общее языкознание (М., 1977) 91 и сл.